В начале было желанье
большое, как исступленье, -
тяга души к созданью
всяческих од и вирш.
Потом пришло пониманье,
что нужно тут и уменье,
а полезней скорей изученье
банков, счетов и бирж.

Получая образованье
в системе оболваниванья,
занимаясь парт с попой треньем,
кормя в коридорах мух,
вдруг стал чувствовать отупенье
и даже, возможно, тленье,
и близкое исчезновенье
того, что зовётся «дух».

И вновь пошли дерзновенья,
внезапные осененья,
свежие дуновенья
и разговоры вслух,
друзьям самым близким чтенье,
чего-то с гитарой пенье,
над тетрадкой с пером сопенье
ночью часов до двух.

Но возникла она под сенью
небес, и вокруг растенья
пропели ей гимн весенний,
и запахли вокруг цветы.
Продлевая собой воскресенье,
невесомая и без тени,
прервав на секунду паренье,
она глянула с высоты.

И сразу - другое хотенье:
телом её обладанья,
возможно, совокупленья
и даже, пардон, любви.
В ответ же на все признанья
быстрое охлажденье
и до хрена страданья,
хоть волосы дыбом рви.

Тогда пришло остыванье
и полный конец горенья.
Неминуемое похмелье,
и порох в стволах прокис.
И даже почти смиренье
с головой слегка в набекренье,
и полное опущенье
всего, что возможно, вниз.

Природа любого стремленья
отчаянна пробужденьем;
вниз по прямой скольженьем...
Эй, ты, что в тени кулис!
Сидел бы, жевал варенье,
так нет - захотел творенья...
Ты думаешь, вдохновенье?
Браво, волшебно, бис!

закрыть окно