На исходе оголтелой луны,
твоей чумы оголтелой,
по воле белого ока луны
с настенного гобелена,
по воле белой луны...
Она явилась в облике цариц,
судьба багровых туманов,
капель медовая, золото цевниц растаманов.
А с нею доброликий молодец пиит,
знаток лазоревой мантры -
её хранитель, её сателлит -
в расцвете лет и таланта.
В расцвете лет, в расцвете лет,
в расцвете лет и таланта...
Она прелестно владела собой,
а он был полон, полон достоинства.
Они внимали мне, пили со мной
за здравье струн моих воинства.

На исходе оголтелой зимы,
твоей чумы оголтелой,
по воле белого ока луны
с настенного гобелена,
по воле белой луны...

А ты - лишь поганец, Рокамадур,
кочевник снов, снов махаона -
сидел на троне, гремушками гремел,
фольгой коронован,
Фольгой, фольгой коронован!

закрыть окно